Евгений Саржин: Манипуляция полуправдой

Есть вещь отвратительнее лжи. Это полуправда, излюбленное оружие манипуляторов всех мастей. Прямая ложь относительно легко разоблачается, при этом выставляя в невыгодном свете лжеца. Гораздо труднее  вывести на чистую воду манипулятора – человека,  не то, что бы солгал, но сказал четверть правды, заставив собеседника поверить, что тот узнал всю правду. А ведь такая полу- и четверть-правда была одним из главных элементов психологической войны против СССР, во имя нового мирового порядка.

Что нам говорили?

Я ходил в школу и поступил в университет в девяностые, как раз когда это все выплеснулось на мозги и прилавки – «разоблачения советских мифов», причем к моим услугам были сразу разные форматы – российский либерализм, белорусский национализм, украинский национализм (ибо через свою украинскую родню я внимательно отслеживал происходящее там). И я бы солгал, сказав, что изначально был иммунным.

Итак, что мы «узнали»? Что между СССР и Третьим Рейхом был заключен «Договор о дружбе» (так его любили называть), с «секретными статьями», в результате которых «два диктатора разделили Европу и начали вторую мировую войну».

Я довольно долгое время жил, пусть и без фанатизма, в парадигме этого взгляда – на «равную преступность» Третьего Рейха и СССР, на «демократические страны», которые пали жертвой «двух тоталитаризмов».

Потому что сказать, что все из сказанного тогда было чистой ложью, не получится. Зерна правды были. Да, в договоре между СССР и Германией (так правильно назывался «пакт Молотова-Риббентропа») говорилось про «дружбу», да, были секретные статьи, которые предусматривали «раздел сфер влияния». И да, выполняя условия договора, советская армия 17-го сентября вошла в Польшу, когда отдельные части польской армии еще пытались сопротивляться вермахту – «ткнули ножом в спину поляков», как мне однажды патетически сказал один «национально-сознательный коллега».

Из всего этого словно бы логично вытекала удобная манипуляторам картина мира – есть «демократический мир», против которого начали войну «два равных друг другу тоталитарных режима», сначала вместе, потом, почему-то, поссорившись. Вот же, есть «договор о дружбе». Что не так?

Не так то, что это лишь часть правды. Теперь давайте посмотрим на другие кусочки исторического пазла.

В мире хищников

Ложна прежде всего изначальная установка, что-де существовал «цивилизованный мир», где царили демократия и либеральные ценности, которому бросили вызов «два диктатора-близнеца».

Любой непредвзятый взгляд на историю, с анализом экономических и социальных факторов, показывает — планета начала 1930-х представляла собой мир империалистических хищников, которые, только успев зализать шрамы одной войны за передел ресурсов и сфер влияния, лихорадочно готовились ко второй.

Имелись – с одной стороны старые колониальные держав Европы, где весьма зыбкий фасад институтов буржуазной демократии прекрасно сочетался с открытой дискриминацией и эксплуатацией колониального населения (Великобритания, Франция). С другой, достаточно отсталые государства с большими амбициями, где несоответствие желаемого и имеющегося вызвало к жизни построенные на крайнем шовинизме режимы, совокупно прозванные «фашистскими» (Италия, Испания, Румыния, Венгрия). Наконец был подобного же типа режим в Германии, который довел идеологию шовинизма и национального превосходства до граничащей с шизофренией крайности.

Характерно, что ни шовинизм, ни репрессии не делали государство парией в тогдашнем «цивилизованном мире». Не стала им Италия, ни с фашизмом как открыто декларируемой доктриной, ни с близкой к геноциду политикой в Африке. Более того, тот же Черчилль очень комплиментарно отзывался о дуче, планы сделать его своим союзником против Гитлера вынашивались чуть не до начала Второй мировой. Разгром испанской Республики произошел по молчаливому согласию европейских держав, даже несмотря на зверские методы, которыми франкисты вели войну. В Германии же, ставшей Третьим Рейхом, уже декларировавшей «расовую гигиену» и прочее как основы своей внутренней политики, с большим успехом прошли международные Олимпийские игры – никакого бойкота со стороны «цивилизованных демократических держав».

Можно продолжать дальше, но думающему человеку очевидно и так – концепция «цивилизованного мира против диктаторов» построена на песке, его просто не было. Был мир хищников, больших и малых, в котором необходимо было выживать. Государству, которое не имело ни единого надежного союзника и никому и ничего не было должно.

Пакт выживания

В Интернете про сам «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом» (так правильно назывался «договор о дружбе») написано очень много, мне сложно добавить что-то принципиально новое в формате короткой заметки. Имеет смысл напомнить лишь самое основное.

Первое, переговоры с Германией вели, и договора с ней заключали вплоть до последнего момента почти все европейские государства. Второе – никакой твердой антигитлеровской позиции «западные демократии» (понимая под ними Великобританию и Францию) не имели. Различные силы влияния в Лондоне и Париже пытались продавить разные повестки – и антигерманскую, и нацеленную на сотрудничество с Третьим рейхом. Достаточно вспомнить только Мюнхенское соглашение и его последствия, причем в данном случае та же Польша, наряду с Венгрией, выступили как фактические союзники Германии, помогая «утопить» чехословацкое государство.

Конечно, любителям белых перчаток политика СССР и его договоры с тайными приложениями не понравятся – сказать, что она была высокоморальной, едва ли получится.

Эта часть правды, как я говорил выше.

Другая часть заключается в том, что грязную подковерную игру с двойными и тройными договорами и предательством союзников (достаточно вспомнить, как Великобритания и Франция «сдали» сначала Чехословакию, потом Польшу) вели все тогдашние державы.

Возможно, кому-то бы хотелось, чтобы СССР оказался единственным честным игроком за столом с шулерами. Проблема лишь в том, что он бы неизбежно в этом случае проиграл.

К наступательной операции в поддержку Польши (которая совершенно не считала себя советским союзником, к слову) РККА было совершенно не готова. Ни единой причины доверять западным державам и ждать от них большей поддержки, чем получила по итогу Варшава, не было. Положение было близко к критическому, ибо вермахт недалеко от Минска мог стать реальностью уже к сентябрю 1939-го. Добавление же в качестве плацдарма для вооруженных сил Германии территории прибалтийских государств сделало бы ситуацию совсем печальной для Советского Союза.

И я думаю, незачем напоминать, что под угрозой тогда стоял не политический строй СССР. Перед угрозой колониального порабощения стала, по сути, вся его территория. И Советский Союз выжил в ситуации, когда был весьма близок к обратному. И если вы готовы об этом скорбеть, подумайте, что с ним выжила и БССР, то есть, собственно, Беларусь.

Евгений Саржин

Телескоп

Похожие статьи